XV первенство СССР

Меньше всех ничьих

Г. Е. Акопян

Автор книги о Генрихе Каспаряне считает, что в финале 15-го чемпионата (Ленинград, февраль 1947 года) тот выступил вполне удачно. Состав собрался очень сильный, а Каспарян поделил с Левенфишем и В. Макогоновым места с 10-го по 12-е. Играл он неровно. В первых десяти партиях набрал 3,5 очка, в последних девяти уже 5,5. И цвет фигур сказался резко: белыми он выиграл шесть партий и проиграл три, чёрными выиграл одну, а проиграл пять.

Журнал «Шахматы в СССР» заметил, что ничьих у Каспаряна меньше всех: он сражался «не на живот, а на смерть» и только четыре партии закончил миром. Каспарян играл в четырёх финалах. Лучшим автор называет этот.

Сбывшаяся шутка Кереса

Яков Нейштадт

Нейштадт рассказывает, что в сильном 14-м первенстве 1945 года Керес сыграть не смог по не зависящим от него причинам, а настоящего экзамена давно не держал: его победы в чемпионатах Эстонии и Грузии напоминали по итогам сеансы одновременной игры. В 15-й чемпионат, в Ленинграде в 1947 году, его пригласили. Играли Болеславский, Бондаревский, Смыслов, Бронштейн, Лилиенталь, Левенфиш, Толуш; из сильнейших не было только Ботвинника. Керес набрал 14 очков из 19, выиграв десять партий и проиграв одну, на очко опередил Болеславского и на два очка Смыслова с Бондаревским. По словам автора, 73,6 процента очков входят в число самых выдающихся результатов в истории чемпионатов СССР. Шутливое обещание Кереса постепенно улучшать результаты в советских турнирах сбылось: он стал чемпионом страны.

Алфавитный порядок турнира

В. И. Линдер, Исаак Линдер

Линдер пишет, что на XV чемпионате в Ленинграде Алаторцев провалился, и этого никто не ждал. Перед финалом Алаторцев выиграл московский полуфинал, и от него ждали того же, что было четырнадцать лет назад. «Смена» в первом шахматном выпуске даже намекнула ему об этом стихами: «Рекордсменство неведомо мне, / Не мечтаю о первенстве мира, / И меня бы устроил вполне / Алфавитный порядок турнира».

Но дело было не в шахматах. Алаторцев после долгого перерыва приехал в родной город, и на него обрушились воспоминания, встречи с друзьями и застолья, так что играть он не мог даже вполсилы. Смыслов вместе с ним проводил вечера у члена-корреспондента Академии наук Сенкова. И Смыслов тоже поделил лишь третье и четвёртое места.

«Так пусть играет»

Алексей Суэтин

Суэтин пишет, что после войны над Кересом нависла негласная дисквалификация. Он остался на оккупированной территории и играл в турнирах в Европе, и по условиям того времени ему грозили ссылка или тюрьма. В его просторную таллинскую квартиру подселили сотрудницу «органов», и семья ютилась в маленькой комнатке. Унижения Керес переносил молча.

По рассказу Ботвинника, судьбу эстонца решил Сталин. Он спросил, правда ли Керес хорошо играет в шахматы, и, услышав от референта «да», распорядился: «Так пусть играет». Изголодавшийся по шахматам Керес превосходно провёл финал 15-го чемпионата в начале 1947 года и впервые стал чемпионом СССР.