Мастера были агрессивнее

Сразу по окончании торжественного закрытия 58-го «открытого» чемпионата СССР наш корреспондент Вадим Островский взял интервью у победителей турнира. Тогда же Арташес Минасян и Эльмар Магеррамов специально для «64» прокомментировали свои лучшие партии на московском турнире. В ближайших номерах нашего журнала мы еще не раз вернемся к этой грандиозной «швейцарке», к партиям и фрагментам творчества участников, оценкам специалистов.

— Вероятно, Арташес, с числом «13» у тебя все в порядке. Ведь сегодня, 13 ноября, ты стал чемпионом СССР.

— Откровенно говоря, я даже позабыл (от счастья, наверное), какое сегодня число. А насчет цифры «13»... Не замечал ничего, ни хорошего, ни плохого. Хотя, конечно, теперь этот день останется в памяти навсегда.

— Уверенная победа в последнем туре, да еще черными... Интересно, как готовился к этому поединку?

— Как обычно (улыбается). Практически к шахматам не притрагивался! Гулял с ребятами по Москве, вообще старался поменьше думать о предстоящей встрече. К тому же в некотором смысле мне повезло. Соперник — Андрей Харлов тоже мечтал выиграть — в этом случае он становился серебряным призером. Харлов играл в дебюте довольно агрессивно, пожертвовал пешку, но... Мне удалось отбить атаку и уже в эндшпиле реализовать материальный перевес.

— Полагаешь, победа по дополнительным показателям досталась тебе заслуженно?

— Наверное. Мои же партнеры более сильные — их суммарный рейтинг выше, чем у соперников Магеррамова.

— К слову, на твой взгляд, чем объясняется небывалое превосходство мастеров над старшими по званию?

— По партиям было видно, что молодые мастера выглядели ничуть не хуже гроссмейстеров. Возрос общий уровень игры. Возможно, гроссмейстеры просто отвыкли от такой плотной игры в каждой партии, буквально за каждое поле. К тому же сыграть 10 партий подряд — тоже нелегко. Мастера оказались и агрессивнее, и удачливее.

— А когда вообще стал подумывать о первом месте?

— Наверное, после четвертого тура. К тому моменту я имел «плюс три» и стал мечтать не только о гроссмейстерском балле, но и о... Ведь к тому времени я уже добился побед над Ваганяном, Эйнгорном. Достаточно титулованные гроссмейстеры, так что с остальными тем более уже не испытывал никакой робости.

— Ну какая же робость... Ведь еще два года назад ты стал чемпионом СССР среди молодых мастеров.

— Не то чтобы робость, скорее уважение, что ли... Кстати, благодаря тому успеху в Минске меня и включили в этот чемпионат. Хотя по положению мог играть лишь в первой лиге. К моему счастью, ее отменили.

— Вернемся, однако, к московскому турниру. За три тура до финиша ты потерпел поражение от основного конкурента...

— Очень волновался перед партией с Магеррамовым, не смог собраться. Играл скованно, пассивно и в конце концов уже при доигрывании на следующий день проиграл такую важную партию! «Все, — сказал себе. — Первое место, очевидно, уже не «светит»... Поэтому надо успокоиться и достойно завершить соревнование».

— Последовали быстрая ничья с Епишиным и, прямо скажем, неожиданно — чистая победа над Дреевым...

— И тогда вновь появились шансы попасть в тройку... Вообще для меня это был очень принципиальный поединок. Еще в 1982 году я участвовал в отборочном турнире к первенству мира среди кадетов. До последнего тура шел на первом месте, но в решающей встрече уступил... Дрееву. Для меня это был серьезный нокаут. И продолжался он года три-четыре.

— Что, вообще шахматы забросил, не занимался?

— Нет, играл, конечно, но так... На чисто любительском уровне, несмотря на то, что уже в 16 лет выполнил мастерскую норму. Был чемпионом Закавказья в 1987 году, а в прошлом году занял первое место в чемпионате Армении.

— Тебе, наверное, будет любопытно узнать, что чемпионами СССР в звании мастера становились всего два шахматиста: Минасян...

— И...

— Таль! Было это аж в 1957 году!

— Приятно, конечно, что с самим Михаилом Нехемьевичем Талем у меня есть что-то общее. Хотя... Сейчас я не совсем мастер. В моем активе уже шесть норм международного мастера и два (считая чемпионат СССР) гроссмейстерских балла. Ведь я уже немало поиграл в «опенах» за рубежом — в Англии, Голландии, Франции и, между прочим, без «призов» ни разу не возвращался. Надеюсь, на предстоящем конгрессе ФИДЕ в Берлине каким-то международным званием меня отметят...

— Тем не менее широкому кругу любителей шахмат имя нового чемпиона СССР практически незнакомо.

— Мне 24 года. Живу в Ереване, вместе с родителями. Отец — начальник отдела в Институте геологии, мама — преподаватель армянского языка. Работаю в ЦС «Динамо», моя «профессиональная» зарплата 350—400 рублей. Первый и неизменный тренер — Роберт Буниатян, он работает со мной уже пятнадцать лет.

— А каковы ближайшие планы нового чемпиона СССР?

— На днях уезжаю в Тольятти. Надо получить завоеванный приз — «Жигули 2109».

— И кто же сядет за руль?

— В нашей семье уже есть одна машина — у отца. По его настоянию в этом году и я «сдал» на права. Как видите, пригодилось...

Комментирует чемпион СССР

[...]